Все становится еще таинственнее (Временной Туннель)

ГЛАВА 2.
Все становится еще таинственнее

ВРЕМЕННОЙ ТУННЕЛЬ

Свами Криянанда

– Фрау Вайдис, – спросил на следующее утро Донни владелицу гостиницы, – вы знаете что-нибудь о развалинах в лесу?

– О развалинах? – с материнской улыбкой ответила по-немецки женщина средних лет. – Нет, там не может быть никаких развалин. В окрестном лесу нет никаких домов, а значит, нет и развалин.

– То, что мы видели, не дом. Больше похоже на научную лабораторию. И это определенно развалины.

– Там ничего подобного быть не может, – твердо ответила фрау Вайдис. – Поблизости никогда ничего такого не было. Возможно, вы наткнулись на старый сарай.

Донни ничего на это не сказал. Через некоторое время на улицу следом за Донни вышел старик, сидевший рядом с ними в холле во время этого разговора.

– Слыхал про графа Дракулу? – спросил он.

– Дракула по-румынски означает «дьявол», – ответил Донни. – Но я никогда не слышал о человеке с таким именем.

– Да, я знаю значение этого слова, – сказал старик, – хотя я не румын, а немец. Как бы то ни было, в прошлом веке в эти края перебрался один австрийский ученый. Он постарался напугать людей рассказами о человеке-вампире, живущем в этом лесу. Ничего подобного, конечно, и в помине не было, но до меня дошли слухи, что он специально придумал эту историю, чтобы держать людей подальше от какой-то своей работы.

– Зачем бы это могло ему понадобиться? – спросил Донни, заинтригованный.

– Он был ученым, – ответил старик, – и собирался проводить какие-то очень секретные эксперименты. Позднее я слышал, что к нему присоединился его сын. А когда отец умер, его сын продолжил проект. Они оба избегали контактов с соседями. Отца я встретил лишь однажды, когда гулял по лесу. Он выбежал из-за деревьев с криками, что я должен покинуть это место, так как он проводит научные эксперименты, которые могут быть опасны для человеческой жизни. Ну, я просто хотел спокойно прогуляться по лесу.  Я уж точно не хотел, чтобы меня разнесло на куски каким-то химическим экспериментом! Поэтому я развернулся и продолжил свою прогулку в другом направлении. Позже я спрашивал у нескольких человек, знали ли они что-нибудь об этом эксперименте, но никто ничего не знал.

– Это было много лет назад? – спросил Донни.

– Ну да, довольно давно – может лет пятьдесят назад или около того.

Донни поблагодарил его, повернулся и пошел искать Бобби.

– Бобби! – воскликнул он, когда они встретились. – Эти развалины! Скорее всего, никто из здешних о них также ничего не знает,  как и фрау Вайдис!

– О, отлично. Это значит, что, может быть, нам и не придется никому о них рассказывать!

– Завтра мама хочет взять нас с собой в Брашов за покупками. Но послезавтра! – Бобби подпрыгивал от возбуждения. – Послезавтра! – восторженно вскричал он.

Продолжение следует…

Вылазка в Трансильванский Лес (Временной Туннель)

ВРЕМЕННОЙ ТУННЕЛЬ

Сказка для всех возрастов

СВАМИ КРИЯНАНДА

С любовью посвящаю эту книгу памяти
моего брата Бобби,  Джона Роберта Уолтерса

ГЛАВА 1.
Вылазка в Трансильванский Лес

Донни и Бобби были двумя американскими мальчиками, родившимися в Румынии, потому что их отец работал там в американской нефтяной компании. Жили они в небольшой коммуне под названием Телеажен, недалеко от города Плоешти, и часто ездили на отдых в маленькую деревушку под названием Тимиш, расположенную в отдаленных Карпатских горах Трансильвании между городами Предял и Брашов.

Вплоть до этого момента история, что я рассказываю, чистая правда. А что же дальше? Хотелось бы мне думать, что и дальше так же, и если вы тоже предпочитаете так думать, почему бы нам с вами просто не притвориться, что так оно и есть?

В 1935 году, в конце июня, Донни и Бобби были на отдыхе в Тимише. Донни было в то время девять лет, а Бобби – семь, хотя он очень громко и твердо утверждал, что реальный его возраст – «семь с половиной»! Они остановились  в гостинице у Вайдисов, где условия проживания были несколько примитивными (умываться приходилось из жестяных кастрюль, стоящих на деревянных рукомойниках; теплую воду приносили из кухни). Но мед там был вкуснее, чем все, что вы когда-либо пробовали.

У мальчиков было не так уж много дел. На самом деле, давайте посмотрим правде в глаза, им вообще нечего было делать, кроме как носиться по улице, играть, лакомиться медом, а также –  и это было самое важное их занятие: исследовать!
Высокие горы, окружающие их, были более или менее дикими: глухие леса, крутые склоны; чистейшие ручьи; мили и мили пространств, где вообще никто не жил.

Однажды утром мальчики отправились исследовать лес, расположенный за  их гостиницей, и сильно углубились в него. Внезапно они вышли  на поляну и увидели перед собой крутой утес. Взобрались ли они на этот утес?
Мне очень жаль – и надеюсь, вы их за это не осудите! – но на большой высоте они не чувствовали себя в полной безопасности. Поэтому они не стали взбираться на утес, а пошли вдоль его подножия. Пройдя несколько метров, они неожиданно наткнулись на какие-то развалины. Надо сказать, не очень древние развалины. Развалившееся здание было выстроено вперемешку  из обычного камня и из блестящего мрамора. Мальчики вошли  внутрь и обнаружили там то, что когда-то, должно быть, было чем-то вроде научной лаборатории. На рабочих столах и на полу вокруг них все еще валялось несколько плавильных тиглей и других предметов, используемых в химических экспериментах

Руины казались совсем недавними, потому что лишь слегка заросли растительностью. Снаружи росло множество растений, из-за чего к зданию было трудно подойти, но, войдя внутрь, мальчики увидели лишь несколько растений, пробивающихся сквозь трещины в стенах и в полу. Все это место выглядело так, решили они, будто здание в нынешнее состояние полного упадка привел взрыв.

 – Думаешь, мы должны об этом кому-нибудь сообщить? – спросил Бобби.

– Я думаю, мы сначала должны осторожно разузнать, – ответил Донни, – знает ли кто-нибудь, что это за место. Кроме того, это же настоящее приключение! А как только мы об этом сообщим, это станет официальным, затем общеизвестным, и, в конце концов, обычным рядовым фактом!

– В любом случае, – добавил Бобби, – власти, вероятно, уже и так все знают. Они просто этим не интересуются, ведь это всего лишь развалины.

– Давай зайдем внутрь, – предложил Донни. –  Может быть, мы найдем там что-нибудь интересное.

И они вошли, перешагивая через камни и куски мрамора, разбросанные повсюду, очевидно в результате взрыва. Кроме этого там было не особо много чего: несколько картотечных шкафов, один из которых, с приоткрытым ящиком, был прислонен к другому.  Было там также несколько рабочих полок и скамеек. Накренившийся шкаф с открытым ящиком, по-видимому, был разбит взрывом и отброшен к ближайшей стене. Внутри ящика они нашли папку с несколькими пожелтевшими страницами, написанными по-немецки.
Немецкий был языком, на котором, кроме английского, мальчики говорили довольно хорошо, так как их няни и гувернантки были австрийками. У мальчиков также было множество немецких и австрийских друзей. И все же они не смогли понять, что было написано в первых бумагах, на которые они наткнулись.

-Смотри! – воскликнул Донни. – За этой комнатой есть еще одна. Давай посмотрим, что там.

Задняя комната была не очень большой и совершенно пустой. Войдя в неё, мальчики увидели в задней стене огромную дыру, достаточно большую, чтобы в нее могли пройти люди.

– Такое впечатление, – сказал Бобби, – что комната  была пристроена специально ради этой дыры.

-Во всяком случае, – согласился Донни, – похоже, что она не служит никакой другой цели. Давай посмотрим, что там.

Они вступили в дыру, которая оказалась чем-то вроде туннеля, мягко ведущего вниз. Войдя в него, они вскоре очутились в кромешной тьме.

-Мне это не нравится! – Воскликнул Бобби. – Думаю, нам лучше вернуться в гостиницу. А завтра мы можем прийти сюда снова со свечой.

– И с какой-нибудь теплой одеждой, – прокомментировал Донни. – А пока мы можем порасспросить, что это за развалины: из-за чего они развалились, для чего использовались, и кто их построил.

И они вылезли из туннеля, а вскоре уже бежали к гостинице, к своей маме и к своему ужину. Когда они возвращались, солнце стояло низко в небе, а затем, в этой глубокой долине, совсем скрылось  за высокими окружающими ее горами.

Продолжение следует…

Тао

Афоризмы для Томимой Жаждой Рыбы

Тао

* * *
По сути,
Нет никакой разницы между
Чувством отделённости и неудовлетворенностью
Это потому, что
Чувство одиночества и отделенности является
Изначальной причиной неудовлетворенности.

* * *

Мысли вторгаются подобно
Незваным гостям на празднестве.
Незамеченные и некормленые
Они уходят.

* * *

То, что многими зовется покоем,
Является попросту отсутствием беспокойства.
Истинный покой не может быть потревожен;
Он существует за пределами досягаемости беспокойства.

* * *

Видимости обманчивы.
Распространенная точка зрения заключается в том,
Что существует внутренний наблюдатель,
Наблюдающий внешний мир;
Один находится отдельно от
Другого.
Видимости обманчивы.

* * *

Когда Здесь становится
Повсюду и
Сейчас становится
Всегда,
Тогда твоя цель достигнута.

* * *

Когда ты захвачен
Красотами на поверхности океана,
Бездонность его глубин
Остается незамеченной.

 

Читать далее

Намеренное изменение – никакое не изменение вовсе

Намеренное изменение – никакое не изменение вовсе

В процессе индивидуального изменения, несомненно, произойдет и коллективное изменение. Индивидуум и коллектив не являются чем-то раздельным, противостоящим друг другу, хотя некоторые политические группы пытаются разделить их и заставить индивидуума подчиниться так называемому коллективу.

Если бы мы только могли разложить по полочкам всю проблему изменения целиком – каким образом  изменение индивидуума осуществляется и что оно за собой влечёт – то тогда, возможно, самим актом слушания и участия в обсуждении этого вопроса, смогло бы произойти изменение, не требующее вашего волевого усилия. Для меня намеренное изменение, изменение вынужденное, посредством дисциплины и соответствия, не является изменением вовсе. И хотя интеллектуально вы можете легко согласиться с этим, уверяю вас, что постичь действительную природу изменения, не обусловленного никакими мотивами, совсем непросто.

Кришнамурти “Книга Жизни”, 26 октября.

Читать далее

Кришнамурти

Возможность Смены

Возможность Смены

У вас может быть отличное от других тело, не похожее ни на кого лицо, другое имя и семья, но внутренняя структура вашего ума по существу обусловлена обществом,  и поэтому вы не являетесь индивидуальностью. Нет никаких сомнений, что только ум, не обремененный обществом, со всеми вытекающими  последствиями, может быть достаточно свободен для того, чтобы открыть  что есть истинно  и что есть Бог. В противном случае  всё, что мы делаем – это просто снова и снова повторяем катастрофу; в противном случае нет никакой возможности для той революции, которая принесет совершенно иной мир. Мне кажется, что именно это является единственно важной вещью – не то, к какому обществу, к какой группе или  к какой религии вы должны или не должны принадлежать, что теперь становится ребячеством и инфантилизмом, но то, что вы должны выяснить для себя, может ли ум быть полностью свободен от всех наслоений, обычаев, традиций и поверий, и потому быть достаточно свободен, чтобы найти то, что истинно.  Тогда только  мы сможем быть творческими человеческими существами.

Дж. Кришнамурти,
Амстердам 1955г.

Читать далее

Бхагавадгита

Духовный символизм Махабхараты (Комментарии Парамаханса Йогананды)

парамаханса йогананда

Эпические повествования о Кауравах и Пандавах

Комментарии Парамаханса Йогананды к Бхагавадгите.

Читателю Бхагавадгиты нет необходимости знакомиться со всей грандиозной и насыщен­ной символами Махабхаратой (частью которой является диалог Кришны с Арджуной). Однако, дабы понять, что именно Вьяса хотел сказать своими аллегориями, надо иметь представление об основных действующих лицах и событиях этого эпоса.

Повествование Махабхараты начинается с периода, отстоящего от времени Кришны и Арджуны на три поколения — с правления царя Шантану. Первой супругой Шантану была Ганга (персонификация великой реки). Она родила восьмерых сыновей, но первые семь были брошены ею в священные воды Ганги. Восьмым родился Бхишма. В ответ на мольбы супруга Ганга оставила сына жить в этом мире, а сама погрузилась в речные воды и растворилась в них. Через некоторое время Шанту женился на Сатьявати, от которой у него было два сына: Читрангада и Вичитравирья. Оба они не оставили потомства — один погиб неженатым, а о смерти второго скорбели две вдовы, Амбика и Амбалика.

 До встречи с Шанту Сатьявати была дочерью рыбака. Она настолько пропиталась запахом рыбы, что никто не хотел даже находиться с ней рядом — не говоря уже о сватовстве. Сжалившись над рыбачкой, по­движник Парашара не только наградил ее сыном (которого мы знаем под именем Вьяса), но и превратил исходивший от Сатьявати неприятный запах в благоухание лотоса. Таким образом, по матери Вьяса был братом Вичитравирьи.

В древности, если царь умирал, не оставив наследников (как Вичитравирья), обычай возлагал обязанность продления царского рода на брата покойного. Для этой цели и был призван Вьяса, от которого Амбика родила Дхритараштру (слепого от рождения), а Амбалика — Панду. Дхритараштра женился на Гандхари, которая, ввиду слепоты своего мужа, закрыла свои глаза повязкой и на протяжении всей остав­шейся жизни разделяла со своим супругом окружавший его мрак. У них было сто сыновей, старший из которых (Дурьодхана) правил в качестве регента при своем слепом отце. Еще одного сына Дхритараштре родила его вторая жена, Вайшья.

Читать далее

Мысли и Афоризмы

Шри Ауробиндо, Пондичерри, 1950

Недавно я постиг, что когда умирает рассудок, на свет появляется Мудрость; прежде чем пришло это освобождение, у меня было одно лишь знание.

Шри Ауробиндо,
“Мысли и Афоримзмы” Джняна

Читать далее

Совместное Путешествие

Совместное Путешествие

Совместное Путешествие

Совместное Путешествие

Повторюсь снова, что мы не стараемся убедить вас ни в чём – вы должны ясно это понимать. Мы не стремимся склонить вас к какой-то определенной точке зрения. Мы не пытаемся удивить вас ничем; мы также не осуществляем никакой пропаганды. Мы не говорим об авторитетах или о том, кто прав, и кто не прав, а скорее пытаемся осмыслить, совместно наблюдать, чем является этот мир и мы сами, что мы сделали с миром и во что превратили самих себя. Мы пытаемся вместе изучить человека внутри и снаружи.

Чтобы наблюдать с ясностью, необходимо обладать свободой видеть, это очевидно. Если вы цепляетесь за свои собственные определённые опыты, суждения и предрассудки, вы не можете рассуждать здраво. Мировой кризис, который происходит на наших глазах, требует, побуждает нас думать совместно, чтобы мы могли решить человеческую проблему вместе, не следуя в этом только за каким-то определенным человеком, философом или конкретным гуру. Мы стараемся наблюдать сообща. Важно, чтобы вы помнили все время, что выступающий просто указывает на что-то, что мы исследуем совместно. Это не односторонний процесс, а скорее сотрудничество в исследовании, совместное путешествие и, таким образом, общее действие.

Читать далее

Бхагавадгита

Духовный символизм Бхагавад Гиты: Учитель, ученик и поле действия

Бхагавадгита

Духовный символизм Бхагавад Гиты: Учитель, ученик и поле действия

Комментарии Шри Ауробиндо к Бхагавадгите. Глава 1

14. Тогда, стоя на великой колеснице, запряженной белыми конями, Мадхава (Шри Кришна) и сын Панду (Арджуна) затрубили в свои божественные раковины.

Арджуна — воин в колеснице, а божественный Кришна — его возничий.

Арджуна — ученик, получающий посвящение на поле боя, это борющаяся душа человека, который пока не обрел Знание, но вырос до такой степени, что готов получить его, действуя в мире в тесном содружестве и все более тесном союзе с высшим и божественным «Я» (Self), проявленном в человечестве. Согласно одному из толкований Гиты, не только данный эпизод, но и вся Махабхарата — это некая аллегория внутренней жизни, которая не имеет никакого отношения к нашей внешней человеческой жизни и деятельности и описывает лишь битвы души с силами, борющимися внутри нас за власть. Общий характер эпоса и способ его изложения не подтверждают эту точку зрения, если же настаивать на ней, то ясный и прямой стиль изложения философии Гиты превращается в сплошную мистификацию, тяжелую и в каком-то смысле незрелую. Язык Вед и, по крайней мере, части Пуран, вне всякого сомнения, символичен, полон образов и описаний явлений, лежащих за порогом видимого мира, — Гита же написана простым и ясным языком, она призвана разрешить огромные этические и духовные трудности, которые ставит перед человеком жизнь, и не намерена отходить от своего ясного стиля изложения, чтобы угодить нашей потребности в расшифровке аллегорий и интеллектуальных экзерсисах. Но и в таком толковании есть своя правда: пусть изложение учения и не является символическим, но оно определенно является типическим, каковым и должно быть изложение такого текста, как Гита, если она вообще как-то связана со своим культурно-историческим контекстом[1] .

Читать далее

Мысли и Афоризмы

Шри Ауробиндо, Пондичерри, 1950

Если бы люди смогли получить хотя бы мимолетный проблеск того бесконечного наслаждения, тех совершенных сил, тех светоносных сфер стихийного знания, того глубочайшего покоя нашего бытия, которые ожидают нас на просторах, пока еще не достигнутых нашей животной эволюцией, они бросили бы все и не успокоились бы до тех пор, пока не овладели бы этими сокровищами. Но узок путь, с трудом поддаются двери, и всегда начеку страх, недоверие и скептицизм — верные стражи Природы, не дающие нам покинуть ее привычные пастбища.

Шри Ауробиндо,
“Мысли и Афоримзмы” Джняна

Читать далее