Шри Ауробиндо об Упанишадах

Шри Ауробиндо и Его Йога
Раздел 1: Обзор Учения Шри Ауробиндо. Часть 5

Шри Ауробиндо видит непрерывную преемственность между Ведами и Упанишадами. На закате ведической эпохи после ее полного расцвета произошло неизбежное обрастание мистической традицией. Вскоре, однако, последовало движение возрождения, которое развивалось по двум направлениям. Одно из них заключалось в восстановлении эзотерического содержания ведического наследия, духовного знания, полученного древними провидцами. Другое было связано с сохранением ритуального аспекта, внешней стороны ведической религии. Первое нашло свое воплощение в Упанишадах, а второе – в Брахманах.

Упанишады стремятся сохранить и продолжить мистический и духовный опыт – с вытекающими из него знаниями, – запечатленный в гимнах Веды. Риши этой эпохи исходят из фундаментальных истин, провозглашенных в литаниях, и стремятся реализовать их на собственном опыте. Или же, когда они приходят к какому-либо осознанию Высшей Истины путем собственной тапасьи, они ищут подтверждения в опыте предыдущих провидцев. Шри Ауробиндо приводит несколько примеров таких практик и описывает, как загадочное содержание гимнов получает расширенное изложение в Упанишадах, хотя и на языке, более подходящем для менталитета более поздней эпохи.

Таким образом для Шри Ауробиндо является естественным, что мировоззрение и взгляд риши Упанишад – во всяком случае, ранних и аутентичных текстов – находится в русле провидцев Вед. Акцент делается на постижении Истины и проживании ее именно здесь, ихаива, а не где-то за гранью после смерти. Мир для них – это проявление Божественного, Брахмана, а Боги – это множество Сил и Личностей, на которых лежит задача управлять Вселенной и помогать творению – на всех уровнях его существования – эволюционировать в образ созидательной Божественности и в полной мере участвовать в великолепии Проявления. Это позитивный и всеобъемлющий подход. Все творение охватывается в этой схеме жизни.

Иша Упанишада начинается с провозглашения о том, что все это предназначено для обитания Господа. В ней рассказывается о том, что вселенная – это становление Божественного Бытия в Его стремлении к проявлению. В конце подчеркивается тождество между человеком и Богом и указывается “прямой путь истины”, чтобы реализовать его в жизни. Кена Упанишада вопрошает, что побуждает глаз видеть, ухо слышать, а ум – улавливать суть? Одним словом, что заставляет органы чувств охватывать и постигать мир в своем опыте? Она дает ответ, что существует Мастер-Чувство, которое действует через все эти внешние способности. Это Мастер-Чувство – функция Божественности, проявленной во вселенной, и ему следует поклоняться как Восторгу, татванам. Восторг – это ключевая нота творения, и жизнь призвана участвовать в этой чистой радости, устраняя из своего движения все омрачающие, отклоняющие, угнетающие элементы неведения, инерции и лжи. Тайттирия Упанишада прославляет всепроникновение Божественной реальности на всех уровнях творения – от грубой материи, аннам брахма, до блаженного духа, анандам брахма. Она описывает множественное бытие человека, шаг за шагом соотносит его с соответствующими планами вселенского Существования и призывает искателя сконцентрировать свое сознание и осознать эту Реальность во всей Вселенной. Комментарии Шри Ауробиндо к Ише и Кене, чтения из Тайттирии, переводы Катхи, Мундаки, Мандукьи, Айтареи и Прашна Упанишад раскрывают это Целостное Знание, соединяющее человека, природу и Бога в единое осмысленное целое. Его цикл работ по философии Упанишад, написанный в начале его творческого пути, обращает внимание на факт растущего подтверждения ведантических истин, заложенных в Упанишадах, результатами современной науки. В заключение, по его собственным словам:

“Упанишады были общепризнанным источником многочисленных глубоких философий и религий, которые проистекали из них в Индии, подобно ее великим рекам из их гималайской колыбели, оплодотворяя ум и жизнь народа и сохраняя его душу живой на протяжении долгого хода веков, постоянно возвращаясь к ним за светом, не переставая давать новое озарение, являясь неиссякаемым источником животворных вод. Буддизм со всем его развитием был лишь повторением, хотя и с новой точки зрения и со свежими терминами интеллектуальных определений и рассуждений, одной стороны их опыта, и он пронес их, изменив форму, но едва ли по сути, через всю Азию и на запад к Европе. Идеи Упанишад могут быть заново открыты во многих мыслях Пифагора и Платона и составляют самую глубокую часть неоплатонизма и гностицизма со всеми их важными последствиями для философского мышления Запада, а суфизм лишь повторяет их на другом религиозном языке. Большая часть немецкой метафизики – не более чем интеллектуальное развитие великих реальностей, более духовно увиденных в этом древнем учении, и современная мысль быстро впитывает их с более близкой, живой и интенсивной восприимчивостью, которая обещает произвести революцию как в философском, так и в религиозном мышлении; здесь они проникают через множество косвенных влияний, там медленно разливаются по прямым и открытым руслам. Едва ли найдется основная философская идея, которая не нашла бы подтверждения, семени или указания в этих античных письменах – измышлениях, согласно определенному мнению, мыслителей, у которых не было лучшего наследия или предпосылок для их мысли, нежели грубое, варварское, натуралистическое и анимистическое невежество. И даже масштабные обобщения Науки постоянно используют для применения к истинам физической Природы формулы, уже открытые индийскими мудрецами в их первоначальном, самом обширном значении более глубоких истин духа”.

М.П. Пандит