Празднование нового года в Ашраме

Поздравление Матери с Новым Годом

Даршан Нового Года в Ашраме

Сахана Дэви

Мать давала нам особенные новогодние благословения в полночь 31 декабря. Это был волшебный момент необыкновенных переживаний, в безмолвной глубине каждого из нас всё, казалось, вибрировало в такт мрачной торжественности ночи. Казалось, Мать открывала себя нам в этот час в бессмертной прелести своей неземной природы. Мы забывали обо всём, когда в молчании поднимались по лестнице для того, чтобы получить её божественное прикосновение, с замиранием храня внутри надежду на возможность нового рождения. Как только мы переступали порог комнаты, мы видели освещенную розовым сиянием фигуру Матери, которая казалась неземным видением иного мира. И только её лицо оставалось ярко освещённым будто первыми лучами восходящего солнца нового дня. Неизъяснимая радость поднималась в наших сердцах, и после того, как мы склонялись перед ней, она благословляла нас своей улыбкой, давая нам нечто материальное и конкретное, апельсин или плитку шоколада. Но, что бы она не дала нам, всё казалось нам символическим волшебным объектом, который должен был снять с нас тёмную завесу неведения.

В течение трёх лет Мать благословляла нас так в час наступления Нового Года. Но с 1932 года, после болезни Матери, всё изменилось, и в канун Нового Года мы собирались в Медитационном Зале внизу, и во дворе, который прилегал к нему, для общей медитации – в те дни, что бы мы ни делали, всё было связано с погружением сознания внутрь – то же происходило и в момент Нового Года, когда, как вспышка молнии, разрывающей завесу тьмы, раздавался звук органа и вместе с ним звучал волшебный голос Матери, которая пела, аккомпанируя себе на органе. В её голосе была такая сила очарования, будто сокровенный смысл поднимался из глубины её сознания, для того, чтобы пробудить нас к нисходящему сверху свету. Это было нечто чудесное и непередаваемое, отчего замирала душа в щемяще-сладком чувстве странного наслаждения. После этого, в полутёмной комнате мы получали новогодние благословения Матери и подарок из её рук, сладости или фрукты. Мать восседала на своём кресле, как на троне, и нам казалось, что в её руках находились несметные богатства, которыми она одаряла нас. Каждый Новый Год она играла на органе и иногда пела. С нетерпением мы ждали каждый год эту удивительную ночь, наполненную музыкой. Её музыка была её собственным творением, вдохновением, которое с готовностью приходило к ней, когда она садилась играть. Вначале она концентрировалась внутри и закрывала глаза перед тем, как коснуться клавишей, и затем музыка свободно лилась из-под её рук в совершенной гармонии без единой фальшивой ноты.

С 1939 года, после несчастного случая со Шри Ауробиндо, мы не подходили к Матери для благословений после её игры на органе, как раньше, но встречали её в 6 часов утра на ступеньках лестницы, и она поздравляла нас с Новым годом: «Bonne Annee»; и мы отвечали ей теми же словами, получая от неё листья, символизирующие «Новое Рождение». Перед 1939 годом она давала нам благословения с «Новым Рождением» в ночь Рождества 24 декабря.

В течение многих лет Мать выходила на балкон перед рассветом и смотрела на восток, встречая восход солнца. Несколько ашрамитов, узнав об этом, стали приходить ранним утром и стояли под балконом, ожидая её прихода. Постепенно весь Ашрам стал собираться под её балконом ранним утром, для того, чтобы увидеть её. Так появились Даршаны Матери на балконе. Позже, даже посторонние люди, жители Пондичери, и те, кто приезжал в Ашрам с визитом, приходили утром сюда для того, чтобы получить Дршан Матери. Во время этого Даршана Мать, после концентрации в течение нескольких минут,  окидывала своим, полным благости, взглядом всех присутствующих. Эти Даршаны закончились 16 марта 1962 года, когда Мать серьезно заболела. Но до этого времени, в течение многих лет, она благословляла нас также вечером у подножия лестницы, которая спускалась в Медитационный зал. Вначале мы медитировали вместе с ней в течение получаса. По мере того, как мы, выстроившись в очередь, подходили к ней по одному, она благословляла нас и иногда погружалась в транс, который в отдельных случаях, мог продолжаться в течение часа, и садхак, который стоял перед ней в это время, ждал неподвижно момента её выхода из транса; иногда даже случалось так, что она держала за руку садхака в тот момент, когда она погружалась в транс, и она не могла разжать руку, пока не выходила из транса. Но это случалось очень редко.

Сахана Дэви
из книги “40 лет назад”


Мать. Празднование Рождества в Ашраме Шри Ауробиндо

Мать. Празднование Рождества в Ашраме Шри Ауробиндо, 25 декабря 1961 года

Празднование Рождества в Ашраме

Гаури Пинто

Перевод с английского Н.Потемкиной

«Другое чудесное воспоминание, которое я всегда храню в памяти, относится к одной ночи в канун Рождества. Вы все, должно быть, знаете, какое особое значение придавалось в Ашраме празднованию Рождества – Возвращению Света. Мать рассказывала нам на занятиях, что это древний холдейский праздник, который древние христиане переняли и превратили в день рождения Христа. Но этот день праздновался как праздник света ещё задолго до рождения Христа, так как с этого времени ночи становились короче, а дни длиннее.

Итак, в этот самый день во время обеда (в те дни мы всегда обедали вместе с Матерью, вплоть до 5 декабря 1950г.), должно быть, кто-то спросил Её, действительно ли Дед Мороз – этот щедрый, дарящий всем подарки человек – существует в реальности? Насколько я помню, Мать сказала примерно следующее: «Всё, что мы можем представить в своём воображении, должно существовать в одном из тонком миров, иначе мы не смогли бы этого вообразить». Так или иначе, разговор зашел о том, чтобы пригласить Деда Мороза к нам в полночь на праздничный обед. Поэтому Мать сразу же написала ему приглашение на клочке бумаги (мне кажется, красными чернилами, но я не уверена). Записка была порвана на мелкие части, которые Мать заботливо собрала. По дороге на Теннисный Корт Она остановилась у Мастерской Гарпагона, и там разорванная на клочки пригласительная записка была сожжена в пустом чистом очаге, а пепел развеян по небу!

Можете представить себе, как всё это было чудесно для меня, маленькой девочки. Моя мама пораньше уложила меня спать, а затем, незадолго до наступления полуночи мы втроём отправились наверх для празднования этого события. Я была чрезвычайно взволнована, но, будучи очень застенчивым ребёнком, вместо того, чтобы бегать повсюду и искать Деда Мороза, я тайком заглядывала во все тёмные уголки, там и сям, но так и не смогла его увидеть. Я тогда подумала, что, возможно, для того чтобы видеть сказочных героев нужно обладать особой проницательностью, которой у меня не было. Но, несмотря на это, мы провели время просто замечательно! Мать разложила для нас специальные подарки на те места, где мы обычно сидели за обедом. Я не помню, что получил Пранаб, но мой отец получил необычную тростниковую японскую коробку с набором бумаги для записей; моя мать получила две самые прекрасные японские куклы, которые Мать привезла с собой из Японии. А я получила маленькую коробочку полную Сокровищ! Там был небольшой перочинный нож с шестью маленькими насадками, там была крошечная костяная записная книжка с карандашом, набор миниатюрных флакончиков с духами в маленькой коробочке и ещё одна вещь, какая именно, я сейчас уже не могу вспомнить.

Дьюман, пользуясь кухней Матери, организовал нам настоящий пир. Нам даже подали специальные винные бокалы, наполненные свежевыжатыми апельсиновым и грейпфрутовым соками . Это была восхитительная, восхитительная ночь!

Мать воплощала для нас в себе все ипостаси матери: Махешвари – со всей своей мудростью; Махалакшми – во всём своём очаровании и доброте; Махакали – со всей своей силой и могуществом и Махасарасвати – с её невероятной заботой и терпением. Но превыше всего этого Она была Матерью Любви.

Я бы хотела закончить строками из «Савитри», где Шри Ауробиндо с невероятной точностью описывает нашу Мать и наши чувства по отношению к Ней:

Её сердечности запас неистощимый
Притягивал магнитом их сердца,
Они любили ту, что их превыше;
Её стандартов не могли они достичь,
Но на себе несли её прикосновенье,
И будто к солнцу тянутся цветы,
Они всецело ей себя вверяли
И не просили ничего взамен.
Ту, что безмерно выше их и слишком
Необозрима для людского восприятья,
Их ум не мог постичь и полностью познать.
Всю жизнь выстраивая по её заветам,
Они осознавали божество
и следовали внутреннему зову,
Её команды выполнять спеша,
И делали её работу в мире;
Она держала за руки их всех
И выбирала им пути-дороги:
К далёким, неизведанным вершинам
Она подталкивала их идти,
Вела их вера и счастливое стремленье
Осознавать себя её детьми;
В ней они жили, видя мир её глазами.

Савитри, (Книга 4, Песнь II)