Слова Матери (Мирра Альфасса) на Портале Интегрального Самопознания “Утренняя Роса”

Записи

Молитвы и Медитации Матери

Молитва Матери: 19 ноября 1912 года

Вчера я сказала тому молодому англичанину, который ищет Тебя с таким искренним желанием, что я определенно нашла Тебя, и наш Союз стал постоянным. И, действительно, таково состояние, которое я осознаю. Все мои мысли устремляются к Тебе, все мои действия посвящены Тебе; Твоё Присутствие для меня несомненный, нерушимый, незыблемый, неизменный факт, и Твой покой постоянно пребывает в моём сердце. Всё же я знаю, что это состояние единства убогое и ненадежное по сравнению с тем, которое я смогу реализовать завтра, и я всё ещё так далека, очень далека, без всякого сомнения, от того Отождествления, в котором я полностью потеряю чувство своего «я», того «я», которым я всё ещё пользуюсь, чтобы выражать себя, но которое каждый раз является помехой, словно неподходящее слово для выражения мысли, ищущей своего выражения. Оно кажется мне неизбежным в силу необходимости человеческого общения, но всё зависит от того, что проявляет это «я»; и уже много раз, когда я произношу это, это Ты говоришь во мне, ибо я потеряла чувство разделённости.

Но всё это ещё находится в зародыше и будет совершенствоваться. Какая же умиротворяющая уверенность в этом безмятежном доверии в Твоё Всемогущество!

Ты есть всё, везде и во всём, и это тело, которое действует, является Твоим собственным телом, так же как и видимая вселенная во всей своей полноте; Ты – тот, кто дышит, думает и любит в этой субстанции, которая будучи Тобой, желает стать Твоим покорным слугой.

*

J’ai dit hier à ce jeune Anglais qui Te cherche avec un si sincère désir, que je T’avais définitivement trouvé, que l’Union était constante. Tel est, en effet, l’état dont je suis consciente. Toutes mes pensées vont vers Toi, tous mes actes Te sont consacrés ; Ta Présence est pour moi un fait certain, immuable, invariable, et Ta Paix habite mon cœur constamment. Pourtant je sais que cet état d’Union est misérable et précaire à côté de celui qu’il me sera possible de réaliser demain, et que je suis loin encore, très loin sans doute, de cette Identification où je perdrai totalement la notion du “je”, de ce “je” que j’emploie encore pour m’exprimer, mais qui, à chaque fois, est une gêne, comme un terme impropre à exprimer la pensée qui veut s’exprimer. Il me semble indispensable par nécessité de communication humaine, mais tout réside dans ce que manifeste ce “je” ; et que de fois déjà, quand je le prononce, c’est Toi qui parles en moi, car j’ai perdu le sens de la séparativité.

Mais tout cela est embryonnaire encore et ira en se perfectionnant. Quelle apaisante assurance que cette sereine confiance en Ta Toute-Puissance !

Tu es tout, partout, en tout, et ce corps qui agit est Ton propre corps ainsi que l’univers visible dans son entier; c’est Toi qui respires, qui penses et qui aimes dans cette substance qui, étant Toi-même, veut être Ta docile servante.

*

I SAID yesterday to that young Englishman who is seeking for Thee with so sincere a desire, that I had definitively found Thee, that the Union was constant. Such is indeed the state of which I am conscious. All my thoughts go towards Thee, all my acts are consecrated to Thee; Thy Presence is for me an absolute, immutable, invariable fact, and Thy Peace dwells constantly in my heart. Yet I know that this state of union is poor and precarious compared with that which it will become possible for me to realise tomorrow, and I am as yet far, no doubt very far, from that identification in which I shall totally lose the notion of the “I”, of that “I”, which I still use in order to express myself, but which is each time a constraint, like a term unfit to express the thought that is seeking for expression. It seems to me indispensable for human communication, but all depends on what this “I” manifests; and how many times already, when I pronounce it, it is Thou who speakest in me, for I have lost the sense of separativity.

But all this is still in embryo and will continue to grow towards perfection. What an appeasing assurance there is in this serene confidence in Thy All-Might!

Thou art all, everywhere, and in all, and this body which acts is Thy own body, just as is the visible universe in its entirety; it is Thou who breathest, thinkest and lovest in this substance which, being Thyself, desires to be Thy willing servant.

Молитвы и Медитации Матери

Молитва Матери: 3 ноября 1912 года

… Твой Свет присутствует во мне, как живительный огонь и Твоя божественная Любовь наполняет меня: всем своим существом я стремлюсь к тому, чтобы Ты правил как Верховный Владыка этим телом, которое хочет стать Твоим послушным инструментом и преданным слугой.

* Позволь Твоему Свету быть во мне, как Огню, дающему всему жизнь; позволь Твоей божественной Любви проникнуть в меня. Я стремлюсь всем своим существом под Твоё покровительство, как повелителю и мастеру моего разума, сердца и тела; позволь им стать Твоими послушными инструментами и верными слугами. (перевод английского варианта сделанного Шри Ауробиндо)

*

…Ta Lumière est en moi comme un feu vivifiant et Ton divin Amour me pénètre : de tout mon être j’aspire à ce que Tu règnes en Souverain Seigneur dans ce corps qui veut devenir Ton instrument docile et Ton fidèle serviteur.

*

Let Thy Light be in me like a Fire that makes all alive; let Thy divine Love penetrate me. I aspire with all my being for Thy reign as sovereign and master of my mind and heart and body; let them be Thy docile instruments and Thy faithful servitors.

Молитвы и Медитации Матери

Молитва Матери: 2 ноября 1912 года

2 ноября 1912 года *

Хотя всё моё существо теоретически посвящено Тебе, О Верховный Мастер, тебе, кто есть жизнь, свет и любовь во всём, мне по прежнему трудно применять это посвящение в деталях. Мне потребовалось несколько недель, чтобы понять, что причина этих письменных медитаций, их обоснование, заключается в самом факте ежедневного обращения к Тебе. Таким образом, я буду воплощать каждый день небольшую часть той беседы, которую я так часто веду с Тобой; я буду исповедоваться перед Тобой со всей полнотой; не потому, что думаю, что Ты сможешь узнать что-то новое: Ты вездесущ, но наш внешний и искусственный образ понимания и видения чужды Тебе, если можно так выразиться; он противоположен Твоей природе. Тем не менее, обращаясь к Тебе внутри, погружаясь в Твой Свет, в тот момент когда я смотрю на эти вещи, мало-помалу я начну видеть их такими, каковы они на самом деле. Вплоть до того дня, когда я полностью отождествлюсь с Тобой, и тогда мне будет нечего сказать Тебе, ибо я буду Тобой. Это цель, которую я хочу достигнуть; к этой победе всё больше и больше будут устремляться все мои усилия. Я стремлюсь к тому дню, когда не смогу больше сказать «я», потому что тогда я стану Тобой.

Сколько же раз в день я всё ещё действую, не посвящая Тебе свои действия; я сразу же замечаю это по смутному беспокойству, проявляющемуся в моём телесном восприятии в виде тяжести на сердце. И тогда я рассматриваю свои действия, и они кажутся мне такими смехотворными, ребяческими или достойными порицания; я сожалею об этом; на мгновение я становлюсь печальной, пока не погружаюсь в Тебя и не теряю себя с доверием ребенка, жду от Тебя необходимого вдохновения и силы, чтобы исправить свою ошибку во мне и вокруг меня – в том, что является одним целым; ибо сейчас я постоянно и совершенно определенно ощущаю универсальное единство, которое определяет абсолютную взаимосвязь всех действий.

*

Quoique tout mon être Te soit théoriquement consacré, Ô Maître Sublime qui es la vie, la lumière et l’amour de toute chose, j’ai peine encore à appliquer cette consécration dans les détails. Il m’a fallu plusieurs semaines pour savoir que la raison de cette méditation écrite, sa légitimation, réside dans le fait de Te l’adresser quotidiennement. Ainsi je matérialiserai chaque jour un peu de la conversation que j’ai si fréquemment avec Toi; je Te ferai de mon mieux ma confession; non pas parce que je crois pouvoir T’apprendre quelque chose : Tu es toute chose; mais notre façon extérieure et artificielle de comprendre et de voir T’est étrangère, si je puis dire ; elle est opposée à Ta nature. Cependant en me tournant vers Toi, en me baignant dans Ta Lumière au moment où je considère ces choses, petit à petit je les verrai plus semblables à ce qu’elles sont. Jusqu’au jour où, m’étant identifiée à Toi, je n’aurai plus rien à Te dire puisque je serai Toi. C’est ce but que je veux atteindre; c’est vers cette victoire que tendront de plus en plus tous mes efforts. Et j’aspire au jour où je ne pourrai plus dire “je” parce que je serai Toi.

Que de fois par jour, encore, j’agis sans que mon acte Te soit consacré; je m’en aperçois tout de suite à un malaise indéfinissable qui se traduit dans ma sensibilité corporelle par un serrement de cœur. J’objective alors mon action qui me paraît ridicule, enfantine ou coupable; je la déplore; pour un moment je suis triste, jusqu’à ce que me plongeant, me perdant en Toi avec une confiance d’enfant, j’attende de Toi l’inspiration et la force nécessaires pour réparer mon erreur en moi et autour de moi, ce qui est tout un; car maintenant je perçois de façon constante et précise l’unité universelle qui détermine une interdépendance absolue de toutes les actions.

*

Although my whole being is in theory consecrated to Thee, O Sublime Master, who art the life, the light and the love in all things, I still find it hard to carry out this consecration in detail. It has taken me several weeks to learn that the reason for this written meditation, its justification, lies in the very fact of addressing it daily to Thee. In this way I shall put into material shape each day a little of the conversation I have so often with Thee; I shall make my confession to Thee as well as it may be; not because I think I can tell Thee anything – for Thou art Thyself everything, but our artificial and exterior way of seeing and understanding is, if it may be so said, foreign to Thee, opposed to Thy nature. Still by turning towards Thee, by immersing myself in Thy light at the moment when I consider these things, little by little I shall see them more like what they really are, – until the day when, having made myself one in identity with Thee, I shall no more have anything to say to Thee, for then I shall be Thou. This is the goal that I would reach; towards this victory all my efforts will tend more and more. I aspire for the day when I can no longer say “I”, for I shall be Thou.

How many times a day, still, I act without my action being consecrated to Thee; I at once become aware of it by an indefinable uneasiness which is translated in the sensibility of my body by a pang in my heart. I then make my action objective to myself and it seems to me ridiculous, childish or blameworthy; I deplore it, for a moment I am sad, until I dive into Thee and, there losing myself with a child’s confidence, await from Thee the inspiration and strength needed to set right the error in me and around me, – two things that are one; for I have now a constant and precise perception of the universal unity determining an absolute interdependence of all actions.

Молитвы и Медитации Матери

Молитвы и Медитации

Молитвы и Медитации Матери

Дневник Матери “Молитвы и Медитации”

В 1912 году Мать (Мирра Альфасса) начала вести дневник. На рассвете, укутавшись кашемировой шалью, она медитировала, сидя у окна своей комнаты на улице Валь Де Грас, дом номер 9, и записывала фрагменты полученных ею духовных опытов и переживаний. Значительно позже, в 1932 году, отдельные выдержки из этого дневника были опубликованы под названием «Молитвы и медитации». В качестве вступления к французскому изданию Мать писала:

Предлагаемая книга представляет собой выдержки из дневника, который велся в течение нескольких лет интенсивной йогической практики. Она может служить руководством для трех основных типов искателей: для тех, кто решил достичь совершенного владения собой, для тех, кто занят поиском пути к Божественному, и тех, кто стремится полностью посвятить себя Божественной Работе.

В качестве предисловия к английскому изданию Мать написала следующее:

Кто-то отдает Божественному свою душу, кто-то — жизнь, кто-то — работу, а кто-то — деньги. Лишь немногие посвящают Божественному всего себя целиком и всё, что имеют, — душу, жизнь, работу и состояние; они — истинные дети Божьи. Есть и те, кто не отдает ничего — они, несмотря на свое положение в обществе, власть или накопленные богатства, не представляют собой никакой ценности для Божественного свершения.

Эта книга предназначена для тех, кто стремится полностью посвятить себя Божественному.

Вступление Матери к "Молитвам и Медитациям"

*

Выдающийся французский писатель Морис Магр отмечал, что этим записям присуще высшее совершенство стиля, на которое только способен французский язык.

Приводимые ниже отрывки из дневника Матери проливают свет на ее жизнь в указанный период времени, с 1912 по 1914 год. Первая запись в дневнике датирована 2 ноября 1912 года:

2 ноября 1912 года

Хотя все мое существо всецело предано Тебе, о Всевышний Господь, который есть жизнь, свет и любовь во всем сущем, мне все же не удается пока сохранять это самопосвящение в малейших мелочах жизни. Несколько недель мне понадобилось для того, чтобы понять, в чем заключается смысл ведения этого дневника: эти письменные медитации — способ ежедневного обращения к Тебе. Таким образом я буду каждый день облекать в материальную форму небольшие отрывки бесед, которые я так часто веду с Тобой. Я постараюсь исповедоваться Тебе со всей искренностью, и не потому, что считаю возможным сообщить Тебе что-то, чего Ты не знал бы — ибо Ты Сам есть все; но наш искусственный, внешний образ видения и понимания чужд Тебе, если так можно выразиться, он противоречит Твоей природе. И все же, обращаясь к Тебе, погружаясь в Твой свет в минуты размышления, я постепенно начну видеть мир все более приближенно к тому, какой он есть в действительности, и однажды, когда я полностью отождествлюсь с Тобой, мне уже нечего будет сказать Тебе, ибо я буду Тобой. Вот цель, которую я поставила перед собой; именно к этой победе я стремлюсь, направляя на это все больше усилий. Я мечтаю о том дне, когда уже не смогу больше сказать «я», ибо стану Тобой…

*

Шри Ауробиндо писал об этих молитвах:

Эти молитвы по большей части написаны в состоянии отождествления с сознанием Земли. В них Мать, пребывающая в низшей природе, обращается к Матери, пребывающей в природе высшей; сама Мать, совершая Садхану, направленную на полное преобразование земного сознания, молится самой себе, своей высшей ипостаси, из которой исходят силы трансформации — пока не достигается отождествление сознания Земли с высшим сознанием… С одной стороны, есть Мать, совершающая Садхану, с другой — Божественная Мать; они едины, но представлены в разных своих состояниях и обе обращены к Божественному Господину. Подобную форму молитвы Божественного, взывающего к Божественному, можно также встретить в «Рамаяне» и «Махабхарате».

*

Пусть каждая новая молитва станет для нас светом и поддержкой на пути жизни,
новым открытием, новым шагом к Тому, к кому так стремится наше сердце!


Молитвы и Медитации Матери

Молитвы и Медитации Матери

Содержание

Молитвы, помеченные * переведены Шри Ауробиндо на английский язык или опубликованы под его редакцией.


Вы можете проследить за ходом написания дневника Матери в разделе сайта: «По Стопам Матери»

по стопам Матери

Молитвы и Медитации Матери

Молитва Матери: 19 ноября 1912 года

Вчера я сказала тому молодому англичанину, который ищет Тебя с таким искренним желанием, что я определенно нашла Тебя, и наш Союз стал постоянным. И, действительно, таково состояние, которое я осознаю. Все мои мысли устремляются к Тебе, все мои действия посвящены Тебе; Твоё Присутствие для меня несомненный, нерушимый, незыблемый, неизменный факт, и Твой покой постоянно пребывает в моём сердце. Всё же я знаю, что это состояние единства убогое и ненадежное по сравнению с тем, которое я смогу реализовать завтра, и я всё ещё так далека, очень далека, без всякого сомнения, от того Отождествления, в котором я полностью потеряю чувство своего «я», того «я», которым я всё ещё пользуюсь, чтобы выражать себя, но которое каждый раз является помехой, словно неподходящее слово для выражения мысли, ищущей своего выражения. Оно кажется мне неизбежным в силу необходимости человеческого общения, но всё зависит от того, что проявляет это «я»; и уже много раз, когда я произношу это, это Ты говоришь во мне, ибо я потеряла чувство разделённости.

Но всё это ещё находится в зародыше и будет совершенствоваться. Какая же умиротворяющая уверенность в этом безмятежном доверии в Твоё Всемогущество!

Ты есть всё, везде и во всём, и это тело, которое действует, является Твоим собственным телом, так же как и видимая вселенная во всей своей полноте; Ты – тот, кто дышит, думает и любит в этой субстанции, которая будучи Тобой, желает стать Твоим покорным слугой.

*

J’ai dit hier à ce jeune Anglais qui Te cherche avec un si sincère désir, que je T’avais définitivement trouvé, que l’Union était constante. Tel est, en effet, l’état dont je suis consciente. Toutes mes pensées vont vers Toi, tous mes actes Te sont consacrés ; Ta Présence est pour moi un fait certain, immuable, invariable, et Ta Paix habite mon cœur constamment. Pourtant je sais que cet état d’Union est misérable et précaire à côté de celui qu’il me sera possible de réaliser demain, et que je suis loin encore, très loin sans doute, de cette Identification où je perdrai totalement la notion du “je”, de ce “je” que j’emploie encore pour m’exprimer, mais qui, à chaque fois, est une gêne, comme un terme impropre à exprimer la pensée qui veut s’exprimer. Il me semble indispensable par nécessité de communication humaine, mais tout réside dans ce que manifeste ce “je” ; et que de fois déjà, quand je le prononce, c’est Toi qui parles en moi, car j’ai perdu le sens de la séparativité.

Mais tout cela est embryonnaire encore et ira en se perfectionnant. Quelle apaisante assurance que cette sereine confiance en Ta Toute-Puissance !

Tu es tout, partout, en tout, et ce corps qui agit est Ton propre corps ainsi que l’univers visible dans son entier; c’est Toi qui respires, qui penses et qui aimes dans cette substance qui, étant Toi-même, veut être Ta docile servante.

*

I SAID yesterday to that young Englishman who is seeking for Thee with so sincere a desire, that I had definitively found Thee, that the Union was constant. Such is indeed the state of which I am conscious. All my thoughts go towards Thee, all my acts are consecrated to Thee; Thy Presence is for me an absolute, immutable, invariable fact, and Thy Peace dwells constantly in my heart. Yet I know that this state of union is poor and precarious compared with that which it will become possible for me to realise tomorrow, and I am as yet far, no doubt very far, from that identification in which I shall totally lose the notion of the “I”, of that “I”, which I still use in order to express myself, but which is each time a constraint, like a term unfit to express the thought that is seeking for expression. It seems to me indispensable for human communication, but all depends on what this “I” manifests; and how many times already, when I pronounce it, it is Thou who speakest in me, for I have lost the sense of separativity.

But all this is still in embryo and will continue to grow towards perfection. What an appeasing assurance there is in this serene confidence in Thy All-Might!

Thou art all, everywhere, and in all, and this body which acts is Thy own body, just as is the visible universe in its entirety; it is Thou who breathest, thinkest and lovest in this substance which, being Thyself, desires to be Thy willing servant.

Молитвы и Медитации Матери

Молитва Матери: 3 ноября 1912 года

… Твой Свет присутствует во мне, как живительный огонь и Твоя божественная Любовь наполняет меня: всем своим существом я стремлюсь к тому, чтобы Ты правил как Верховный Владыка этим телом, которое хочет стать Твоим послушным инструментом и преданным слугой.

* Позволь Твоему Свету быть во мне, как Огню, дающему всему жизнь; позволь Твоей божественной Любви проникнуть в меня. Я стремлюсь всем своим существом под Твоё покровительство, как повелителю и мастеру моего разума, сердца и тела; позволь им стать Твоими послушными инструментами и верными слугами. (перевод английского варианта сделанного Шри Ауробиндо)

*

…Ta Lumière est en moi comme un feu vivifiant et Ton divin Amour me pénètre : de tout mon être j’aspire à ce que Tu règnes en Souverain Seigneur dans ce corps qui veut devenir Ton instrument docile et Ton fidèle serviteur.

*

Let Thy Light be in me like a Fire that makes all alive; let Thy divine Love penetrate me. I aspire with all my being for Thy reign as sovereign and master of my mind and heart and body; let them be Thy docile instruments and Thy faithful servitors.

Молитвы и Медитации Матери

Молитва Матери: 2 ноября 1912 года

2 ноября 1912 года *

Хотя всё моё существо теоретически посвящено Тебе, О Верховный Мастер, тебе, кто есть жизнь, свет и любовь во всём, мне по прежнему трудно применять это посвящение в деталях. Мне потребовалось несколько недель, чтобы понять, что причина этих письменных медитаций, их обоснование, заключается в самом факте ежедневного обращения к Тебе. Таким образом, я буду воплощать каждый день небольшую часть той беседы, которую я так часто веду с Тобой; я буду исповедоваться перед Тобой со всей полнотой; не потому, что думаю, что Ты сможешь узнать что-то новое: Ты вездесущ, но наш внешний и искусственный образ понимания и видения чужды Тебе, если можно так выразиться; он противоположен Твоей природе. Тем не менее, обращаясь к Тебе внутри, погружаясь в Твой Свет, в тот момент когда я смотрю на эти вещи, мало-помалу я начну видеть их такими, каковы они на самом деле. Вплоть до того дня, когда я полностью отождествлюсь с Тобой, и тогда мне будет нечего сказать Тебе, ибо я буду Тобой. Это цель, которую я хочу достигнуть; к этой победе всё больше и больше будут устремляться все мои усилия. Я стремлюсь к тому дню, когда не смогу больше сказать «я», потому что тогда я стану Тобой.

Сколько же раз в день я всё ещё действую, не посвящая Тебе свои действия; я сразу же замечаю это по смутному беспокойству, проявляющемуся в моём телесном восприятии в виде тяжести на сердце. И тогда я рассматриваю свои действия, и они кажутся мне такими смехотворными, ребяческими или достойными порицания; я сожалею об этом; на мгновение я становлюсь печальной, пока не погружаюсь в Тебя и не теряю себя с доверием ребенка, жду от Тебя необходимого вдохновения и силы, чтобы исправить свою ошибку во мне и вокруг меня – в том, что является одним целым; ибо сейчас я постоянно и совершенно определенно ощущаю универсальное единство, которое определяет абсолютную взаимосвязь всех действий.

*

Quoique tout mon être Te soit théoriquement consacré, Ô Maître Sublime qui es la vie, la lumière et l’amour de toute chose, j’ai peine encore à appliquer cette consécration dans les détails. Il m’a fallu plusieurs semaines pour savoir que la raison de cette méditation écrite, sa légitimation, réside dans le fait de Te l’adresser quotidiennement. Ainsi je matérialiserai chaque jour un peu de la conversation que j’ai si fréquemment avec Toi; je Te ferai de mon mieux ma confession; non pas parce que je crois pouvoir T’apprendre quelque chose : Tu es toute chose; mais notre façon extérieure et artificielle de comprendre et de voir T’est étrangère, si je puis dire ; elle est opposée à Ta nature. Cependant en me tournant vers Toi, en me baignant dans Ta Lumière au moment où je considère ces choses, petit à petit je les verrai plus semblables à ce qu’elles sont. Jusqu’au jour où, m’étant identifiée à Toi, je n’aurai plus rien à Te dire puisque je serai Toi. C’est ce but que je veux atteindre; c’est vers cette victoire que tendront de plus en plus tous mes efforts. Et j’aspire au jour où je ne pourrai plus dire “je” parce que je serai Toi.

Que de fois par jour, encore, j’agis sans que mon acte Te soit consacré; je m’en aperçois tout de suite à un malaise indéfinissable qui se traduit dans ma sensibilité corporelle par un serrement de cœur. J’objective alors mon action qui me paraît ridicule, enfantine ou coupable; je la déplore; pour un moment je suis triste, jusqu’à ce que me plongeant, me perdant en Toi avec une confiance d’enfant, j’attende de Toi l’inspiration et la force nécessaires pour réparer mon erreur en moi et autour de moi, ce qui est tout un; car maintenant je perçois de façon constante et précise l’unité universelle qui détermine une interdépendance absolue de toutes les actions.

*

Although my whole being is in theory consecrated to Thee, O Sublime Master, who art the life, the light and the love in all things, I still find it hard to carry out this consecration in detail. It has taken me several weeks to learn that the reason for this written meditation, its justification, lies in the very fact of addressing it daily to Thee. In this way I shall put into material shape each day a little of the conversation I have so often with Thee; I shall make my confession to Thee as well as it may be; not because I think I can tell Thee anything – for Thou art Thyself everything, but our artificial and exterior way of seeing and understanding is, if it may be so said, foreign to Thee, opposed to Thy nature. Still by turning towards Thee, by immersing myself in Thy light at the moment when I consider these things, little by little I shall see them more like what they really are, – until the day when, having made myself one in identity with Thee, I shall no more have anything to say to Thee, for then I shall be Thou. This is the goal that I would reach; towards this victory all my efforts will tend more and more. I aspire for the day when I can no longer say “I”, for I shall be Thou.

How many times a day, still, I act without my action being consecrated to Thee; I at once become aware of it by an indefinable uneasiness which is translated in the sensibility of my body by a pang in my heart. I then make my action objective to myself and it seems to me ridiculous, childish or blameworthy; I deplore it, for a moment I am sad, until I dive into Thee and, there losing myself with a child’s confidence, await from Thee the inspiration and strength needed to set right the error in me and around me, – two things that are one; for I have now a constant and precise perception of the universal unity determining an absolute interdependence of all actions.

Молитвы и Медитации Матери

Молитвы и Медитации

Молитвы и Медитации Матери

Дневник Матери “Молитвы и Медитации”

В 1912 году Мать (Мирра Альфасса) начала вести дневник. На рассвете, укутавшись кашемировой шалью, она медитировала, сидя у окна своей комнаты на улице Валь Де Грас, дом номер 9, и записывала фрагменты полученных ею духовных опытов и переживаний. Значительно позже, в 1932 году, отдельные выдержки из этого дневника были опубликованы под названием «Молитвы и медитации». В качестве вступления к французскому изданию Мать писала:

Предлагаемая книга представляет собой выдержки из дневника, который велся в течение нескольких лет интенсивной йогической практики. Она может служить руководством для трех основных типов искателей: для тех, кто решил достичь совершенного владения собой, для тех, кто занят поиском пути к Божественному, и тех, кто стремится полностью посвятить себя Божественной Работе.

В качестве предисловия к английскому изданию Мать написала следующее:

Кто-то отдает Божественному свою душу, кто-то — жизнь, кто-то — работу, а кто-то — деньги. Лишь немногие посвящают Божественному всего себя целиком и всё, что имеют, — душу, жизнь, работу и состояние; они — истинные дети Божьи. Есть и те, кто не отдает ничего — они, несмотря на свое положение в обществе, власть или накопленные богатства, не представляют собой никакой ценности для Божественного свершения.

Эта книга предназначена для тех, кто стремится полностью посвятить себя Божественному.

Вступление Матери к "Молитвам и Медитациям"

*

Выдающийся французский писатель Морис Магр отмечал, что этим записям присуще высшее совершенство стиля, на которое только способен французский язык.

Приводимые ниже отрывки из дневника Матери проливают свет на ее жизнь в указанный период времени, с 1912 по 1914 год. Первая запись в дневнике датирована 2 ноября 1912 года:

2 ноября 1912 года

Хотя все мое существо всецело предано Тебе, о Всевышний Господь, который есть жизнь, свет и любовь во всем сущем, мне все же не удается пока сохранять это самопосвящение в малейших мелочах жизни. Несколько недель мне понадобилось для того, чтобы понять, в чем заключается смысл ведения этого дневника: эти письменные медитации — способ ежедневного обращения к Тебе. Таким образом я буду каждый день облекать в материальную форму небольшие отрывки бесед, которые я так часто веду с Тобой. Я постараюсь исповедоваться Тебе со всей искренностью, и не потому, что считаю возможным сообщить Тебе что-то, чего Ты не знал бы — ибо Ты Сам есть все; но наш искусственный, внешний образ видения и понимания чужд Тебе, если так можно выразиться, он противоречит Твоей природе. И все же, обращаясь к Тебе, погружаясь в Твой свет в минуты размышления, я постепенно начну видеть мир все более приближенно к тому, какой он есть в действительности, и однажды, когда я полностью отождествлюсь с Тобой, мне уже нечего будет сказать Тебе, ибо я буду Тобой. Вот цель, которую я поставила перед собой; именно к этой победе я стремлюсь, направляя на это все больше усилий. Я мечтаю о том дне, когда уже не смогу больше сказать «я», ибо стану Тобой…

*

Шри Ауробиндо писал об этих молитвах:

Эти молитвы по большей части написаны в состоянии отождествления с сознанием Земли. В них Мать, пребывающая в низшей природе, обращается к Матери, пребывающей в природе высшей; сама Мать, совершая Садхану, направленную на полное преобразование земного сознания, молится самой себе, своей высшей ипостаси, из которой исходят силы трансформации — пока не достигается отождествление сознания Земли с высшим сознанием… С одной стороны, есть Мать, совершающая Садхану, с другой — Божественная Мать; они едины, но представлены в разных своих состояниях и обе обращены к Божественному Господину. Подобную форму молитвы Божественного, взывающего к Божественному, можно также встретить в «Рамаяне» и «Махабхарате».

*

Пусть каждая новая молитва станет для нас светом и поддержкой на пути жизни,
новым открытием, новым шагом к Тому, к кому так стремится наше сердце!


Молитвы и Медитации Матери

Молитвы и Медитации Матери

Содержание

Молитвы, помеченные * переведены Шри Ауробиндо на английский язык или опубликованы под его редакцией.


Вы можете проследить за ходом написания дневника Матери в разделе сайта: «По Стопам Матери»

по стопам Матери

Агенда Матери

Агенда Матери

Агенда Матери

Агенда Матери

Беседы Матери с Сатпремом

Агенда – это хроника Супраментального воздействия на Землю, – опыты Матери, рассказанные ученику, которого Мать назвала Сатпрем.

6000 страниц в 13 томах. История о 22 годах работы Матери, о ее проникновении в сознание тела и открытии “разума клеток”, способного изменить природу тела и законы вида так же радикально, как появление однажды “мыслящего разума” трансформировало природу обезьяны.

К периоду после ухода Шри Ауробиндо (1950 год) и вплоть до 1957 года относятся лишь отрывочные заметки или редкие тексты, записанные по памяти. Вместе с “Беседами”, которые Мать вела с учениками на Площадке для игр Ашрама (Playground), они остались единственными свидетельствами того времени. Некоторые “Беседы” приводятся здесь, поскольку они знаменуют этапы Супраментального Воздействия.

“Начиная с 1957 года, дважды в неделю Мать призывала нас (Сатпрема) в кабинет Павитры, самого старшего французского ученика, под предлогом какой-нибудь работы, и выслушивала вопросы. Она рассказывала о йоге, оккультизме, своих прошлых переживаниях в Тлемсене и во Франции, а также о настоящих опытах: объясняла мировые законы, игру сил, механику предыдущих жизней.

Мать сидела в кресле с высокой резной спинкой, поставив ноги на маленькую табуретку, а мы (Сатпрем) – покоренный, очарованный, непокорный и вечно неудовлетворенный, но все же сильно заинтригованный – у Ее ног, на немного выляневшем ковре. Сокровища мысли не записывались и пропадали вплоть до того дня, пока мы, пустившись на невероятные ухищрения, не смогли уговорить Мать смириться с присутствием магнитофона. Но и после этого Она заставляла вычеркивать или убирать из записей то, что казаось Ей слишком личным, – впрочем, несколько раз мы ослушались…

Лишь с 1958 года мы начали записывать на магнитофон беседы, составившие Агенду Матери.

К 1960 году Агенда станет самой собой и в таком виде будет расти в течение тринадцати последующих лет вплоть до мая 1973 года, заполнив тринадцать томов; однако обстановка, в которой проходили беседы, несколько изменится в 1962 году, после Великого Поворота в йоге Матери, когда Она, подобно Шри Ауробиндо в 1926 году, окончательно переместится в свою комнату наверху. С тех пор наши беседы протекали в этой похожей на корабельную каюту просторной комнате с золотистым шерстяным ковром. Мать сидела в кресле из розового дерева, повернувшись лицом к могиле Шри Ауробидо, словно сокращая тем самым расстояние, разделяющее два мира.

Так продолжалось до того момента, когда ученики закрыли перед нами  дверь. Это произошло 19 мая 1973 года.”

Агенда Матери
Сатпрем

Читать далее